Запомню тебя таким, как сейчас

Было третье января. Мы возвращались в Балашиху с дачи моих родителей на автобусе всем убежищем, сразу после одесских “приключений”. У меня было самое смятенное состояние на свете. Я понятия не имела, что делать дальше и в какую сторону жизни податься. За две недели до этого я планировала своё дальнейшее путешествие по центральной Америке, а теперь вот только что встретила новый год в заснеженной Росси. Ни денег, ни планов, ни целей, ничего… Я сидела и думала о нашем стиле жизни, о выборе, который мы делаем, живя в такой вот вечной молодости, вечном здесь и сейчас, голодным взором всматриваясь в меняющие цвет пространства. О том, стоит ли всё это того или может пора стать уже простой московской породой, гонять себе из дома на работу в маршрутках и метро, а затем обратно, знать, что будет дальше наперёд и не маяться… Может зря мы занимаемся всей этой дурью?
Вот о чём я думала, уставившись в замороженное окно пустого автобуса. Водитель даже поленился включать для нас пятерых свет. Зима разрисовала окна причудливыми узорами, бегущими через всё стекло снизу вверх, словно еловые ветки. Дорожные фонари и вывески освещали их разными цветами с каждым новым километром. Было красиво и страшно. Там за фонарями, меня как хищник поджидала неизвестность. Рядом сидел парень, который спасёт меня в последствии. Он вытаскивает телефон, говорит “послушай”, и начинает читать:

“Запомни меня таким, как сейчас – беспечным и молодым, в рубашке, повисшей на острых плечах, пускающим в небо дым. Неспящим, растрепанным, верящим в Джа, гуляющим босиком, не в такт напевающим регги и джаз, курящим гашиш тайком. В разорванных джинсах, с разбитой губой, с ромашками в волосах, глотающим жадно плохой алкоголь, пускающим пыль в глаза. Нагим заходящим в ночной океан, пугающим криком птиц, с десятками шрамов, царапин и ран, с укусами у ключиц. Бесстрашным, отчаянным, смелым и злым, не знающим слова ”нет”, на толику грешным, на четверть святым, держащим в ладонях свет.
Запомни мой образ, когда в полутьме целую твое лицо, запомни мой голос и след на стекле от выдоха хрупких слов. Запомни меня сидящим в метро и мокнущим под дождем, стихи напевающим богу ветров, и спящим, и пьющим ром. Смотрящим на то, как в костра дым и чад врезаются мотыльки. Горячим, горящим, влюблённым в тебя – запомни меня таким.

И если когда-то, спустя десять зим, ты встретишь меня в толпе, найдешь меня серым, безликим, пустым, ушедшим в чужую тень, схвати меня крепко, сожми воротник, встряхни меня за плечо, скажи, что я трус, неудачник и псих, брани меня горячо. Заставь меня вспомнить ночной океан, рассветы, ромашки, джаз.
Прижми свои губы к холодным губам, заставь меня вспомнить
нас”.

Это стихотворение стало моим любимым. Я попросила его телефон, молча перечитала, затем снова отвернулась к окну и подумала: пусть я лучше всегда буду той, кто хватает за воротник и целует в холодные губы.

Leave A Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *